“Rossotrudnichestva” rahbari Yevgeniy Primakov “POLITIK Central Asia” nashri yozma intervyusida – Markaziy Osiyodagi faoliyati va relokantlar haqida.

Россотрудничество все активнее наращивает деятельность в Центральной Азии. Это официально заявленная стратегия — после разрыва отношений России с Западом ведомство перенаправило кадры в «дружественные страны». Чего ждет Москва от жителей региона? А от местных русских? «POLITIK Центральная Азия» задал свои вопросы Евгению Примакову — чиновнику, который стал лицом российской «мягкой силы», хоть и не любит этот термин.

 «Наши представительства столкнулись с различными проявлениями враждебности»


— Вы говорили, что сразу после прихода в Россотрудничество стали перераспределять сотрудников из Европы в страны ближнего зарубежья. Расскажите о результатах. Чего удалось добиться за счет этого?

Мы начали перераспределять наши ресурсы, в том числе и кадры, задолго до начала специальной военной операции, потому что у агентства есть очевидные приоритеты, так же как у МИД и российской внешней политики в целом, — это в первую очередь ближнее зарубежье. Процесс перераспределения сотрудников из недружественных стран Европы в другие государства приобрел новый виток после того, как Россотрудничество было внесено в санкционный список Европейского союза в 2022 году.

Наши представительства столкнулись с различными проявлениями враждебности и агрессии, а также с перекрытием финансовых каналов. В результате была приостановлена деятельность Русских домов в Дании, Румынии, Словакии, Словении, Северной Македонии, Хорватии и Черногории. Другие наши представительства были вынуждены значительно уменьшить масштабы реализуемых в Европе проектов в сфере культуры, науки и образования.

В данной геополитической обстановке мы стали намного чаще переводить наших сотрудников из недружественных государств на работу в другие страны. Прежде всего, конечно же, в страны ближнего зарубежья, которые всегда были, есть и будут оставаться приоритетным направлением работы Россотрудничества. Однако стоит отметить, что часть сотрудников была также отправлена в государства Африки и Азии.

В некоторых странах были открыты дополнительные отделения наших представительств. Так, например, в 2024 году появился филиал в Гродно, Белоруссии, а в состав Посольства России в Таиланде был направлен представитель Россотрудничества.


— Есть ли какая-то динамика по распределению квот на образование? Известно, что в Узбекистане и Казахстане растет число молодых людей, которые предпочитают учиться в Турции, Южной Корее или Европе, а не в России. Как вы планируете вернуть интерес к российскому образованию?

Россотрудничество ежегодно запрашивает у органов исполнительной власти в странах своего присутствия информацию о потребностях государства в тех или иных специалистах. Предоставленные данные учитываются при распределении правительственных квот на обучение в России.

Возможности получения бесплатного образования в российских вузах с течением времени заметно расширяются. Только с 2020 по 2023 год размер правительственной квоты для иностранных студентов вырос в два раза. При этом, что, в принципе, логично, увеличилось и число бюджетных мест, выделяемых для отдельных государств, включая Узбекистан. Мы планируем и дальше продолжать работу в этом направлении.

Однако для нас, как и для большинства абитуриентов, приезжающих из-за рубежа, намного важнее качество предоставляемых образовательных услуг, нежели количество мест в вузах. И в данном вопросе Россия не уступает другим государствам. Мы предоставляем блестящее образование по целому ряду специальностей. Наиболее востребованными направлениями обучения у иностранных студентов, в том числе из Узбекистана, остаются медицина, инженерно-технические специальности, IT-сфера, экономика и юриспруденция.

Российский диплом высоко ценится на мировом рынке труда. Он считается довольно престижным, способствует успешному трудоустройству и открывает для своего обладателя дополнительные перспективы профессионального развития. Иностранцы, прошедшие обучение в России, беспрепятственно находят работу по специальности.

В целях поддержания интереса зарубежной молодежи к российскому образованию наши представительства продолжают организовывать разноформатные мероприятия, содействовать установлению контактов между представителями российского академического сообщества и их зарубежными коллегами, налаживанию сотрудничества между студентами и между выпускниками.


— Есть ли у Россотрудничества планы по расширению сети русских школ или курсов русского языка в Центральной Азии? Как вы оцениваете конкуренцию с другими странами, например, Китаем или Турцией, которые активно продвигают свои языки и культуру?

Мы поддерживаем работу наших коллег из Министерства просвещения, которое отвечает за эту важную миссию. Россотрудничество оказывает активное содействие развитию этой системы, в том числе в странах Центральной Азии. Мы делаем все возможное, чтобы все желающие выучить русский язык или получить дополнительное русскоязычное образование могли сделать это без каких-либо препятствий и преград.

Наше агентство организует поставки в свои зарубежные представительства учебно-методических пособий, научно-популярных книг и художественной литературы российских авторов для их дальнейшей передачи в дар русским школам. Ежегодно по всему миру мы передаем свыше 100 тысяч книг, многие сотни — в Узбекистан.

Кроме того, на базе зарубежных представительств Россотрудничества функционируют курсы русского языка. В 2024 году обучение по программе в нашем представительстве в Ташкенте прошли около 100 человек. Большинство из них —— это молодые люди в возрасте 21 года. География курсов и охват аудитории с каждым годом расширяются во многом благодаря развитию дистанционного формата обучения. Мы планируем и дальше совершенствовать работу в данном направлении.

Центр дополнительного образования открылся в Ташкенте / 12 ноября 2024
Фото: rs.gov.ru

Касательно растущей популярности других языков в странах Центральной Азии — этот вопрос, конечно, остается в зоне особого внимания России. Мы отчетливо видим, как определенные политические силы под давлением Запада поощряют, например, переход государств региона на латинский алфавит с целью «оторвать» их от России. Кроме того, по мере сокращения численности граждан, рожденных и выросших в СССР, уменьшается и доля людей, знающих русский язык.

Однако востребованность русского языка, интерес к его изучению среди жителей Центральной Азии не просто сохраняется, а растет. Согласно исследованию 2023 года, за расширенное изучение русского языка в рамках школьной программы выступают 86% опрошенных в Узбекистане, 84% в Таджикистане и 65% в Киргизии.

Объясняется это наличием у наших стран огромного потенциала для развития двустороннего взаимовыгодного сотрудничества, а также общего исторического прошлого и сохраняющихся добрососедских отношений. Главное преимущество русского языка, на мой взгляд, состоит в том, что он выступает на территории постсоветского пространства в качестве так называемого lingua franca, открывающего большие перспективы для развития и самореализации в разных областях.


— Что самое важное можете рассказать о работе Русского дома в Ташкенте? Душанбе? Астане? Бишкеке? Присутствует ли там хоть в каком-то виде тема современной политики России? Пытаетесь ли вы объяснить ее людям, которые приходят в Русские дома?

Каждый Русский дом уникален по-своему и не похож ни на один другой. Деятельность наших представительств во многом определяют люди, которые туда приходят. Все они без исключения отличаются своими обычаями и традициями, менталитетом и характером, интересами, целями и устремлениями.

Основная задача Россотрудничества состоит в том, чтобы принимать этих прекрасных людей в своих стенах, понимать их и поддерживать, говорить с ними на языке гуманитарного сотрудничества, предоставлять им возможности для развития и самореализации.

Наши представительства часто описываются как сосредоточение всей «русскости» за рубежом, но, на мой взгляд, это не совсем верно. Русский дом — это, скорее, место, где русская культура и культура России как страны, объединяющей многие этносы, тесно переплетается с культурой страны пребывания, укрепляя доверие между народами и разрушая политические барьеры.

Для России в период жесткой информационной войны и непрекращающейся бомбардировки фейковыми новостями особенно важно донести до иностранной аудитории свою точку зрения, альтернативную западному мейнстриму, защитить историческую правду и поведать современную истину.


— И все же какова цель Россотрудничества: продвигать среди русских в постсоветских странах программы переселения соотечественников или же работать с правительствами и населением этих стран, чтобы русские не уезжали?

Существует два магистральных подхода, две основы нашей политики в отношении наших соотечественников. Я бы назвал их «Пора домой» и «Россия с вами». Первый обозначает возвращение в Россию, репатриацию, переселение по Госпрограмме переселения соотечественников. Второй — защиту прав и возможностей русскоязычной общины, нашей диаспоры, чтобы соотечественники чувствовали себя комфортно, защищенно, сохраняли свой образ жизни и идентичность там, где они проживают. Пусть формально агентство не является ответственным органом по Госпрограмме переселения, мы ведем активную информационную политику по разъяснению нашим соотечественникам преимуществ возвращения домой, деталей и тонкостей этой процедуры. Но в целом наша задача заключается в том, чтобы оказывать всестороннюю поддержку российским соотечественникам за рубежом. То, какая поддержка им нужна, соотечественники выбирают уже сами. Они сами определяют свою судьбу.

Россия всегда готова и рада принять в свои объятия тех, кто решил вернуться домой, на свою историческую родину. Для людей, сделавших выбор в пользу окружения, связанного с ними единой ментальностью, духовно-нравственными ценностями, языком и образом жизни, российское государство, собственно, и реализует программу переселения.

VIII Всемирный конгресс соотечественников, проживающих за рубежом / Москва, октябрь 2024 г.
Фото: rs.gov.ru

Примечательно, что в последнее время интерес к программе растет, особенно среди граждан недружественных стран, где процветает деструктивная идеология, чуждая глубокой русской душе. За прошедший год представительства Россотрудничества организовали и оказали содействие в проведении более 500 индивидуальных и групповых консультаций для соотечественников из 38 стран по вопросам переселения в очном и онлайн-форматах. Около 20 из них были реализованы в Узбекистане.

Для тех же, кто по тем или иным причинам остается за границей, Россотрудничество старается обеспечить максимально комфортное проживание, контролируя соблюдение их законных прав и интересов в странах пребывания. При этом, чтобы наши соотечественники не чувствовали себя чужими, не скучали по русской культуре и не забывали родной язык, представительства агентства организуют на своих площадках различные курсы, профессиональные тренинги, фестивали, выставки и другие мероприятия, которые не только активизируют отношения внутри русскоязычных общин, но и укрепляют связь зарубежной диаспоры с Россией.

«Нам с ними не по пути, да они и сами не приходят в наши культурные центры»

— Релоканты — россияне, уехавшие в страны Центральной Азии из-за несогласия с политикой России, — это аудитория Россотрудничества или нет?

Одной из основных задач Россотрудничества является оказание поддержки российским соотечественникам, проживающим за рубежом, к которым, безусловно, относятся и релоканты — граждане России, выехавшие на жительство в зарубежные страны после начала специальной военной операции. При этом утверждение о том, что все они покинули родину из-за несогласия с политикой властей, не соответствует действительности.

Основу первой волны релокации составили сотрудники иностранных компаний, решивших уйти с российского рынка или временно приостановить свою деятельность в России, а также лица, желающие открыть иностранные счета для обхода санкций или опасающиеся возможных последствий конфликта на Украине. Вторая волна релокации была представлена в основном молодыми людьми, пытающимися уклониться от частичной мобилизации.

Массовый отток релокантов из России прекратился уже в марте 2023 года. А затем многие из тех, кто покинул страну, стали возвращаться на родину, что опять же разрушает версию о приверженности большинства релокантов оппозиционным взглядам.

Те же, кто все еще остается за границей, обосновались в основном в странах постсоветского пространства и Турции. Значимой точкой притяжения для российских граждан, бесспорно, стала Центральная Азия. При этом, поскольку большинство релокантов из России являются работниками высокотехнологичных отраслей и IT-сферы, их переезд послужил драйвером экономического роста стран-реципиентов.

Несмотря на этот позитивный момент, массовая релокация из России вызвала общественное беспокойство на тему возможного изменения этнических пропорций населения в пользу русских и их вмешательства во внутренние политические процессы. Подобные опасения побудили местные власти ужесточить режим пребывания российских граждан на территории государств Центральной Азии.

Однако, согласно проведенным исследованиям, большинство людей, приехавших в регион из России после начала специальной военной операции, осуществляют свою деятельность в соответствии с установленным законодательством и воздерживаются от какой-либо политической активности. Более того, мы ожидаем дальнейшего снижения численности российских релокантов за рубежом.

В целом представительства Россотрудничества выстраивают работу с данной категорией граждан в зависимости от их мотивации и личного желания поддерживать связь с родиной. В большинстве своем они являются аудиторией нашего агентства и принимают активное участие в мероприятиях Русских домов. В частности, дети российских релокантов посещают образовательные кружки, а их родители вместе с местными жителями участвуют в работе по сохранению и защите исторического, культурного и экологического наследия. Разумеется, есть и некоторое число маргиналов, активно и враждебно настроенных к нашему государству. Но, пусть они и крикливы, это не делает их многочисленными. Нам с ними не по пути, да они и сами не приходят в наши культурные центры.


— Одна из целей Россотрудничества — «сохранение исторической правды». Но как быть, если даже с союзниками у России видение исторической правды разное? Например, в Казахстане и Кыргызстане сейчас идет переосмысление 20-х годов, когда местные элиты пытались сопротивляться советской власти. В Москве это называют «борьбой с басмачеством». Ваш дед тоже поднимал эту тему в своих книгах об истории российской разведки. Как вы оцениваете споры на этот счет? Готова ли Россия принимать другие точки зрения, кроме своей официальной?

В последнее время мы с вами повсеместно наблюдаем исторический ревизионизм, являющийся частью информационной войны. Правительства ряда стран активно продвигают разработанные ими же версии исторических событий, нарративы, которые не имеют ничего общего с реальностью, с целью исказить ход прошлых событий, создать негативный образ России и подорвать добрососедские отношения между странами постсоветского пространства. Это процесс не переосмысления, а именно искусственного переписывания истории.

К огромному сожалению, подобная деятельность достигает определенных успехов. В целом ряде школьных учебников стран СНГ Россия теперь представляется как колониальная держава-оккупант, которая на протяжении даже не десятилетий, а столетий подавляла национальную идентичность других стран. И это при том, что сама Россия является многонациональной, многоконфессиональной, многокультурной страной, где проживает более 190 различных этносов — каждый со своими собственными традициями и обычаями, о которых, мы, к слову, с огромным воодушевлением и большой радостью рассказываем в рамках тематических дней на площадках наших представительств.

При этом авторы подобных учебников намеренно обходят стороной в своем повествовании вклад России в развитие соседей, будь то сфера экономики, сельского хозяйства, промышленности, образования или медицины. В качестве ответа на подобные русофобские нарративы Россотрудничество работает над изданием иллюстрированного наглядного очерка «Россия и Центральная Азия: история и культура в период с середины XIX — начала XX вв.», в котором будет правдиво изложена хронология взаимоотношений между нашими государствами и роль России в укреплении потенциала региона. Это первая часть большого проекта, потому что мы, конечно, расскажем и о том вкладе в экономику, науку, медицину, образование, который внес в жизнь республик бывшего советского пространства СССР.

Проблема заключается не только в антироссийской пропаганде, подаваемой под видом просветительской деятельности. Еще большую обеспокоенность у нас вызывает стремление некоторых правящих элит переписать итоги Великой Отечественной войны, присвоить себе Победу советского народа над фашизмом, добытую единством, огромным мужеством и кровью, предать забвению героизм наших прадедов, дедов и отцов.


— Сейчас в самих США серьезно критикуется деятельность USAID, и это явно вызывает удовлетворение в Москве. А чем Россотрудничество принципиально отличается от USAID, кроме идеологического вектора? Какие есть отличия по подходам, масштабу работы? Могли бы вы сравнить себя с другими инструментами гуманитарной политики? Например, с турецким Институтом Юнуса Эмре?

На самом деле Россотрудничество и USAID имеют целый ряд колоссальных различий, которые делают само их сравнение абсурдным и неправильным. Начнем с того, что USAID структурно, организационно является «независимым» агентством, в то время как Россотрудничество — это федеральный орган исполнительной власти. Из данного факта вытекает следующее важное отличие — огромная разница в финансировании и подотчетности правительству и гражданскому обществу.

На плечах нашей организации лежит гораздо бóльшая ответственность. Россотрудничество всегда дает объяснения контрольным органам о потраченных и непотраченных средствах, доказывая необходимость и эффективность реализуемых инициатив. USAID же, как признал уже и сам Белый дом, на протяжении многих лет никакому надзору, по сути, не подвергалось.

Кроме того, Россотрудничество и USAID преследуют совершенно разные цели и используют абсолютно не похожие методы в реализации своей деятельности. Наше агентство не занимается политикой и не прибегает к использованию, как вы выразились, «мягкой силы» (интервью было подготовлено до задержания сотрудницы Русского дома в Оше. Его Евгений Примаков прокомментировал кратко: «Это провокация». — «POLITIK Центральная Азия»). Мне этот термин в принципе не по душе, ведь он подразумевает оказание воздействия на другие страны в целях продвижения каких-то корыстных интересов, навязывания своих ценностей окружающему миру и укрепления своей власти путем вмешательства во внутренние дела сторонних государств.

Понятие «мягкой силы» близко западному миру, где оно и появилось: американцы и европейцы привыкли использовать всевозможные методы для сохранения своей гегемонии и колониального наследия прошлого. Деятельность USAID всегда сопровождалась насаждением западных ценностей, оказанием давления на правящие элиты и сменой режимов. На протяжении своего существования американское агентство преследовало исключительно корыстные мотивы, стремилось извлечь собственную выгоду под видом реализации различных инициатив.

Для России, борющейся за установление справедливого миропорядка и продвигающей принципы суверенного равенства стран, термин «мягкая сила» чужд, поэтому мы абсолютно точно не конкурируем с другими государствами в данной сфере. Мы не оказываем воздействия на кого-либо и не занимаемся формированием политических элит. Ни в Уставе, ни в официальных документах Россотрудничества такие задачи не стоят. Мы реализуем исключительно гуманитарную деятельность.