С февраля 2026 года в Казахстане обсуждают ужесточение правил выдачи ВНЖ. В середине апреля миграционная служба начала менять подход буквально «на ходу», не ссылаясь на формальные правовые основания.

Информация об изменениях в основном распространяется через чаты российских релокантов, однако проблема затрагивает также узбеков, кыргызов, самих казахов («кандасов» — репатриантов) и китайцев, которые тоже хотят легализоваться в республике.

POLITIK Центральная Азия разбирался, откуда появились новые практики и какие цели они могут преследовать.

Говори по-казахски и езжай на север

Получить ВНЖ в Казахстане стало значительно сложнее. Теперь заявителям необходимо сдавать языковой тест, а для проживания фактически доступны лишь несколько регионов — при том, что большинство иностранцев традиционно стремятся в Алматы и Астану.

Само ужесточение не стало неожиданностью: о планах пересмотреть правила СМИ писали ещё в феврале. Уже тогда часть требований вызывала вопросы из-за своей практической невыполнимости. В частности, среди обязательных документов значится «листок убытия», который в ряде стран просто не выдают. Например, российская сторона уведомила Казахстан о невозможности оформления такого документа.

Однако именно в апреле тема ВНЖ стала одной из ключевых в мигрантских чатах. Недовольство вызывали не только новые ограничения, но и отсутствие понятной правовой базы. До 10 апреля для сдачи языкового теста требовался уровень А1 — базовый. Уже к вечеру того же дня порог повысили до В2 — значительно более продвинутого уровня. При этом, по словам собеседников POLITIK Центральная Азия, фактические требования к «казахстанскому В2» могут быть ниже общепринятых стандартов.

Россиянин Юрий, сдававший тест в этот день, рассказал изданию, что успешно справился с заданиями и набрал баллы почти на уровень С1. Однако воспользоваться сертификатом для подачи на ВНЖ он не смог: в тот же день власти прекратили приём заявлений в крупных городах. Взамен заявителям предложили переезд в менее населённые регионы — Костанайскую, Павлодарскую, Северо-Казахстанскую (Петропавловск), Восточно-Казахстанскую (Усть-Каменогорск), Абайскую (Семей), Улытаускую (Жезказган) и Акмолинскую области — за исключением Косшы, а также Целиноградского и Аршалынского районов. Эти территории прилегают к столице и позволяют работать в Астане, что, по всей видимости, и стало причиной исключения. Общая логика указывает на попытку стимулировать переселение в менее развитые регионы.

При этом официально о таких изменениях не сообщалось. Заявители узнавали о них постфактум — через обновления на сайте или по фотографиям памяток, размещённых в отделениях миграционной службы и распространяемых в чатах.

Нового законопроекта, закрепляющего изменения, парламент Казахстана не рассматривал. Единственный документ, на который можно опереться, — нормативный акт о запуске пилотного проекта по оказанию госуслуг по выдаче ВНЖ и присвоению статуса кандаса. Он был подготовлен министерствами труда, внутренних дел и цифрового развития и опубликован 13 февраля. Однако в нём языковое требование зафиксировано на уровне А1, а ограничения по регионам отсутствуют.

Журналист Deutsche Welle в Казахстане Анатолий Вайскопф также отмечал, что чиновники долго не могли объяснить, почему новые правила не хотят публиковать. Позднее он опубликовал материал со ссылкой на источник, близкий к политическим кругам Астаны. По словам собеседника, ужесточение может быть связано с попыткой ограничить приток так называемых «ложных кандасов» — людей, использующих этническое происхождение для получения ВНЖ и гражданства без намерения интегрироваться.

Собеседник утверждает, что такие заявители часто не имеют квалификации, образования и не соответствуют ожиданиям государства, при этом ранее получали доступ к ВНЖ, гражданству и социальным льготам, включая помощь с жильём и трудоустройством. В качестве основных стран происхождения он называет Иран, Афганистан и Пакистан. Однако новые меры затронули не только кандасов, но и всех иностранцев.

При этом регионы, предлагаемые для переселения, во многом совпадают с традиционными зонами расселения кандасов — это преимущественно север и восток Казахстана с более суровым климатом и значительной долей русскоязычного населения.

Переход к «качеству»

«В январе Казахстан опубликовал новую Концепцию миграционной политики. И я уже тогда сказала: кто хочет подаваться на ВНЖ — делайте это сейчас. Там чёрным по белому написано, что готовится переход от количества к качеству», — рассказал POLITIK Центральная Азия администратор одного из чатов для мигрантов в Казахстане. 

Сама Концепция действительно выдержана в этой логике и во многом предвосхищает меры, которые начали вводить уже с февраля. В частности, в документе говорится об ужесточении требований ко всем прибывающим и внедрении системы цифрового скоринга на базе платформы migration.enbek.kz. Она предполагает предварительное тестирование (язык, профессиональные знания, базовая правовая осведомлённость), электронное анкетирование (биография, опыт, семья, здоровье, предпочтения по месту проживания), автоматическую оценку кандидатов по ряду параметров (образование, профессия, возраст, знание языков) с использованием прогнозной аналитики, а также онлайн-собеседования с элементами распознавания речи и анализа эмоционального состояния.

Директор Казахстанского международного бюро по правам человека Денис Дживага тоже говорит, что Концепция во многом раскрывает намерения властей. По его словам, после 2022 года усилилась критика из-за относительной простоты получения ВНЖ и гражданства — причём не только для россиян. В ответ был запущен пилотный проект, рассчитанный до конца 2026 года, который впоследствии может быть закреплён на уровне закона. При этом, как ожидается, Казахстан сохранит курс на привлечение квалифицированных специалистов — учёных, предпринимателей и ИТ-специалистов.

По словам администратора чата, несмотря на общее ужесточение, льготные программы продолжают работать. Если заявитель соответствует их критериям, процедура проходит без существенных осложнений. Дополнительным фактором ужесточения мог стать недавний скандал с незаконным оформлением РВП (разрешений на временное проживание), который вылился в уголовное дело под контролем Комитета национальной безопасности. Поскольку РВП оформляется через работодателя и ежегодно продлевается, фиктивное трудоустройство фактически превратилось в теневую услугу.

В целом, по оценке собеседников издания, миграционная политика Казахстана сейчас настраивается на отсечение значительной части нежелательного потока. При этом даже базовый языковой порог на уровне А1 формально выполняет эту задачу: минимальные навыки казахского языка есть у большинства проживающих в стране.

Согласно данным Концепции, около трети мигрантов находятся в Казахстане нелегально и работают без официального оформления. В исследовании, на которое ссылается документ, участвовали 1845 человек: 63% из них — граждане Узбекистана, остальные — россияне, таджики, туркмены и кыргызы. В целом на граждан Узбекистана приходится до 90% трудовой миграции в страну. Авторы документа отмечают, что если ранее Казахстан чаще рассматривался как транзитная точка на пути в Россию, то сейчас всё больше мигрантов выбирают остаться. По числу выданных ВНЖ граждане Узбекистана также традиционно занимают первое место с заметным отрывом.

Другие варианты

Несмотря на резонанс и жёсткие формулировки, способы легально жить в Казахстане без ВНЖ сохраняются. Один из них — оформление разрешения на временное проживание (РВП). Однако у этого механизма есть существенный недостаток: его необходимо продлевать ежегодно, тогда как ВНЖ выдаётся на срок до 10 лет, но не дольше срока действия паспорта. Кроме того, РВП не подходит тем, кто работает удалённо и получает доход за пределами страны.

Тем не менее, ужесточение правил получения ВНЖ заставило многих пересмотреть отношение к РВП как к рабочей альтернативе — особенно если нет планов на покупку жилья. Такой стратегии, например, придерживается блогер Андрей Рудой, покинувший Россию после признания «иноагентом».

«Моя жена нашла в Казахстане работу по специальности — врачом. Получается, что она — трудовой мигрант с РВП, а я — член семьи трудового мигранта. Конечно, жена хотела бы получить ВНЖ, но как только мы начали о нем узнавать — вступили в силу новые правила. Конечно, ехать из Алматы куда-то в вряд ли кто-то согласится. Поэтому пока, скорее всего, будем жить по-старому», — отметил он.

На этом фоне полноценный ВНЖ с возможностью проживания в крупнейших городах постепенно становится инструментом выборочного допуска. Приоритет получают специалисты, которых государство считает востребованными.

Как заявила Deutsche Welle вице-премьер Аида Балаева, для таких категорий предусмотрены специальные визовые режимы, включая упрощённое получение постоянного проживания. В перечень входят, в частности, нейрохирурги, гематологи, инженеры-технологи фармацевтической отрасли, бактериологи и специалисты по графической анимации — всего 51 профессия, и список продолжает расширяться.

Для этих категорий ВНЖ может выдаваться сразу на срок до 10 лет. Для остальных же иностранцев условия закрепления в Казахстане заметно усложняются.